50 и один шаг назад - Лина Мур

Ладно, признаю, мне это понравилось ещё больше чем вчера. И она побаливает, не давая мне забыть магический красный свет и зеркала, сумасшедший секс и новые эмоции, полученные от него. Неужели, так будет всегда? Я никогда не смогу повторить их, не смогу привыкнуть хотя бы к одной. Они изменчивы, как всё вокруг нас.

Припарковавшись на своём месте рядом с университетом, я, подпевая себе под нос, быстрым шагом иду к своему корпусу, пока тяжёлые капли дождя задерживаются в моих волосах и стекают по кожаной куртке.

В аудитории нахожу Сару и плюхаюсь рядом с ней, довольно улыбаясь и доставая конспекты.

– Привет, – улыбается она, и я киваю.

– Говорят, вчера кое-кто развлекался с неким Николасом Холдом, – стуча ногтями по столу, продолжает она.

– Интересно, кто же это мог быть? – Хмыкаю я, доставая телефон и уже хмурясь от слов Ника.

– Ты. И как? Вы вместе, я с самого начала говорила… говорила тебе, что вы идеально друг другу подходите. И тогда он только и спрашивал о тебе, правда, Миша. А мне было обидно, и вот я такая идиотка. Но спасибо тебе, что ты со мной. Я так скучала, – неожиданно она обнимает меня, а над нами раздаётся звонок.

– Да, хватит, забыли. Ты чем занималась? – Отрываю её от себя.

– Вчера мы ходили с рыжим тарантулом в кино, – пожимает она плечами. – А да, ещё Марк был. Угрюмей чем раньше, весь кайф обломал.

– Так вы тоже подружились? – Удивляюсь я.

– Да, признаю, она сучка, но такая нормальная. Мне нравится с ней препираться и у нас один вкус на мужчин.

– Почему Марк был угрюмый?

– Без понятия. Он с нами был, потому что снова решил прекратить свои похождения, сказав, что это не принесло ему ничего, кроме проблем. Вот так, мы попрощались в одиннадцать. И я услышала о тебе и Николасе тут, ребята обсуждали. Точнее, Люк и Джексон. А когда увидели меня, то заткнулись. Мне кажется, Миша, что Люк что-то замышляет, – уже шёпотом говорит она, потому что лектор начал занятие.

– Он работает у Вуда, и… да пошёл он, придурок, – раздражённо передёргиваю я плечами, открывая тетрадь.

– И всё же, детка, он обиженный мужчина. А они уже по определению больные, – добавляет она и замолкает, когда на нас шикнула однокурсница с ряда ниже.

Люк. Даже думать о нём не хочу. Не хочу представлять его мысли и планы. Я знаю, что бы он ни задумал, то Ник умнее и не даст ему совершить что-то плохое и ужасное. К тому же это компания Ника, и он говорил, что так ему проще следить за всем.

Пока лектор монотонно вводит нас в транс и сон, я бросаю взгляд на тихий телефон. И решаю, что пора вернуться в мобильную жизнь. Написать Марку и поинтересоваться, как он. Ведь он действительно отличный парень, сохранивший мои отношения, давший мне пинок, чтобы я пошла за Ником.

С улыбкой я жму на кнопку, и пока загружаются все пропущенные звонки, отдаюсь полностью лекции. Но через некоторое время она меня утомляет, и я возвращаюсь к исследованию телефона.

Несколько сообщений от Амалии, Сары и пропущенные звонки от них же, как и один от отца.

Одно сообщение, пришедшее в четыре утра сегодня, заставляет меня выпрямиться и открыть его. Сестра никогда не писала мне, если ей не нужны были деньги или же прикрытие.

Тейра: «Сука, где ты шляешься? Тварь! Из-за тебя у папы случился сердечный приступ! Ты убила его! Он в больнице! Ты шляешься где-то! Мало он тебе всыпал, надо было придушить»

Мои глаза распахиваются сильнее, пока я в десятый раз перечитываю сообщение и, толкая Сару, передаю ей телефон.

Страх за жизнь отца перебивает всю обиду, накопившуюся во мне. И я торопливо собираю вещи, пока подруга отходит от шока.

– Объясни всем, я поехала, – бросая, срываюсь с места и уже не слышу возмущений профессора.

На ходу натягиваю куртку, пока в груди всё сжимается от предчувствий. Да, всё плохо, но то, что это привело папу в больницу, я не ожидала. И сейчас не знаю, кому звонить и даже куда ехать.

Я набираю сестру, которая отвечает только после минутных гудков.

– Что ты ещё хочешь? Меня довести до такого же состояния? – Зло шипит она в трубку.

– В какой… какой больнице? – Запыхавшись, спрашиваю я.

– Тебе тут не рады.

– Быстро говори, где он? – Кричу я в трубку.

– В госпитале «Святого Михаила». И лучше не приезжай, ты теперь лишняя в нашей семье, – фыркает она и сбрасывает звонок.

Меня даже не волнуют эти жестокие слова, привыкла к ним. Постоянно от неё слышала, что лучше бы я не появлялась на свет, лучше бы укололась до смерти, да и хуже. А ведь всегда хотела быть ей подругой, а мы стали врагами.

Мои трясущиеся пальцы, скользя по мокрому экрану от дождя, нажимают на другой номер. Мне нужен его голос, нужна его поддержка сейчас и помощь в том, что мне делать дальше.

– Ник, – услышав заветное «Мишель», я нервно улыбаюсь и останавливаюсь, проводя рукой по влажным волосам.

– У отца приступ, я поеду в больницу, – быстро произношу я и жмурюсь от своих же слов, не слыша ничего в ответ.

Так проходят мучительные секунды, пока я не делаю глубокий вдох.

– Скажи, что-нибудь. Я…я не знаю… он вряд ли захочет меня видеть там, но я не могу остаться в стороне, – продолжаю я.

– Иди обратно в университет, Мишель, – спокойно отвечает он, а я не могу поверить, что он это предложил.

– Что?

– Да, возвращайся обратно. Я знаю, что твой отец в больнице, но ты ничем не поможешь, только усугубишь ситуацию.

– Ник, я должна! – Возмущённо говорю в трубку.

– Нет! Я запрещаю тебе, Мишель! Сейчас я не потреплю твоих самовольностей! – Уже повышает он голос.

– Ты не имеешь права запрещать мне это! Не имеешь! Неужели, ты не понимаешь всю серьёзность?

– Понимаю, полностью понимаю. И поэтому тебе лучше быть там, где ты сейчас, Мишель.

– Не заставляй меня выбирать, Ник. Не надо, не разрушай всё, что мы построили за эту ночь, – с болью в голосе произношу я, двигаясь к своей машине.

– Мне приходится это делать, потому что ты уже сделала свой выбор. А ведь я просил довериться мне не только в сексе, но и в жизни. Хорошего дня, Мишель.

В трубке раздаются монотонные гудки, а внутри меня сердце замирает, рука опускается, роняя телефон на землю. Поднимаю голову к серому небу, ища хоть какой-то подсказки, хоть чего-то. Но только крупные капли сливаются с прокатившими слезами на лице.

Он даже не захотел понять меня, даже недослушал и принял всё неправильно. А я не могу разорваться, я ведь его дочь. А мой папа в больнице с сердечным приступом, потому что вчера я сделала другой выбор и теперь не знаю, правильно ли это всё. Стоило ли это моих мучений, такого результата?